Угрозы США и спасение ядерной сделки — интервью посла Ирана для Sputnik

В эксклюзивном интервью для Sputnik посол Ирана Мостафа Овейси рассказал, как исламская республика оценивает перспективы спасения Соглашения о всеобъемлющем плане действий.

Дипломат рассказал, как Тегеран будет реагировать на военную угрозу, исходящую от Вашингтона, и новые санкции. Также среди поднятых вопросов – перспективы возобновления поставок иранской нефти в Беларусь и развитие проекта в сфере машиностроения.

— Иран подтвердил то, что оставляет за собой право в рамках ядерной сделки отступать от некоторых положений соглашения и таким образом давить на позицию переговорщиков. По-вашему, какие именно обязательства могут быть пересмотрены и какие положения сделки могут остаться неизменными?

– В этом году мы официально объявили о том, что будем сокращать свои обязательства в рамках Соглашения о всеобъемлющем плане действий. Первые два ограничения, по которым 8 мая мы приостановили выполнение, это лимит в 130 тонн на запасы тяжелой воды и 300 килограммов урана, обогащенного на 3,67%.

Второй раз 8 июля мы сообщили про очередное сокращение своих обязательств. Первое – мы стали обогащать уран выше уровня в 3,67%. Сейчас мы обогащаем его в пределах 4,5%, что отвечает нашим потребностям в топливе.

Мы не нарушали соглашения по ядерной сделке, и все наши действия являются законными, что подтвердило МАГАТЭ. Попытка США созвать срочное заседание Совета Безопасности ООН по этому вопросу ни к чему не привела.

Все действия Ирана находятся строго в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия, что также находится под контролем МАГАТЭ. Наша политика носит мирный характер и не должна вызывать опасений со стороны международных организаций.

Наоборот, их должна настораживать политика тех стран, которые уже применяли ядерное оружие против людей и желают установить свое мировое господство.

Этот американский режим в течение последних нескольких лет только нарушал международное законодательство. Этот политический режим вышел из международного соглашения по ядерной сделке, которая была поддержана резолюцией Совета Безопасности ООН №2231. К тому же данный политический режим вышел и из Парижского соглашения о климате, договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, НАФТА и Совета по правам человека при ООН.

Каким образом они могут влиять на общественное мнение и говорить, что они соблюдают международное законодательство? Внутри самой Америки общество не воспринимает действия своего руководства. Недавно конгресс США принял резолюцию, в которой назвал высказывания Дональда Трампа расистскими.

В прошлом году Соединенные Штаты вышли из СВПД. Получается, они первыми нарушили ядерную сделку. Теперь выходит, что в многостороннем соглашении одно государство обязано выполнять сделку, а другие нет?

Согласно пунктам 26 и 36 Соглашения о ядерной сделке, если одна из сторон соглашения видит, что другие участники сделки не выполняют свои обязательства, то и она может сократить свою ответственность.

Нравится это американцам и европейцам или нет, но это стратегия, которой придерживается Исламская Республика Иран. Поэтому через два месяца, когда наступит срок, мы еще сократим свои обязательства в рамках СВПД.

В том случае, если другие страны вернутся к исполнению своих обязанностей, и мы будем привержены договоренностям. Мы на протяжении последнего года выполняли все свои обязанности, без нарушений.

В обратном случае, и про это заявили наш духовный лидер, президент, министр иностранных дел и секретарь Совета Безопасности, мы каждые два месяца будем сокращать свои обязательства.

— Господин посол, я бы хотел уточнить, не подвергая сомнению вашу фразу о том, что Иран добросовестно выполнял все свои обязательства по данному договору. Политика Трампа в данном случае носит разрушительный характер. Вы подчеркнули, что каждые два месяца будет отменяться несколько обязательств по данному договору, и всех очень беспокоит, не будут ли эти изменения носить необратимый характер.

– Мы не смотрим на то, какие США собираются вводить изменения, пытаясь повлиять на наши интересы. Мы в первую очередь думаем о том, как нам самим обеспечить собственные интересы. Мы несем ответственность только перед народом нашей страны.

Иран брал на себя обязательства в рамках СВПД, но это было взаимное соглашение и взаимная ответственность. Часть обязанностей приняли на себя мы, а часть обязательств – иные страны.

После того как год назад Соединенные Штаты вышли из ядерной сделки, европейские государства, которые участвовали в СВПД, гарантировали нам исполнение 11 пунктов соглашения.

Они гарантировали нам свободные морские и железнодорожные перевозки, воздушные перевозки. Гарантировали, что будет продолжаться экспорт нефти и газа. А также гарантировали сохранение работы международных банковских инструментов. Все эти пункты соглашения они обязаны выполнять.

Мы как Исламская Республика Иран принимали на себя соответствующие обязанности в рамках СВПД. Если условия сделки будет соблюдать только одна страна, то это уже не соглашение, а прямой диктат.

Сейчас американцы говорят о том, что будут оказывать на нас сильнейшее давление. При этом они сами должны понимать, что с таким подходом не сумеют добиться желаемого.

В настоящее время, если сравнить современный Иран и 40 лет назад, мы стали слабее или сильнее? Если мы стали слабыми, то чего американцам опасаться? Они были бы этому рады. Раз они переживают, значит, мы стали сильнее. Завтра мы будем еще сильнее, благодаря усилиям народа и правительства.

— Разрешите уточнить: если европейские страны будут исполнять свои обязательства в рамках ядерной сделки, вернется ли Иран к первоначальному соглашению?

– Если они будут выполнять свои обязательства по СВПД и по всем 11 пунктам, которые они нам гарантировали, мы также будем привержены всем положениям соглашения. В этом случаем мы, как и они, будем выполнять свои обязательства. Это разумно и логично, потому что все должно быть взаимным.

— Скажите, пожалуйста, вы сказали о том, что могут быть следующие шаги через два месяца. Вы можете конкретизировать, какие это могут быть действия?

– Высшее руководство нашей страны пока не видело необходимости делать заявления на данный счет. Мы обязательно сообщим про наши действия в зависимости от складывающейся ситуации. Сейчас можно сказать, что часть своих обязательств по СВПД мы сократим. Прочитайте, какие у нас обязательства по соглашению, их мы и будем сокращать.

— Скажите, пожалуйста, если представить ситуацию, что через 60 очередных дней стороны не найдут общих позиций и ситуация в регионе будет все-таки осложняться, насколько серьезно в Иране оценивают военную угрозу со стороны Соединенных Штатов Америки?

– Исламская Республика Иран никогда не хотела и не хочет развязывать никаких войн. В случае нападения на нас мы, естественно, ответим самым сильным способом. Последний пример – это нарушение американским беспилотником воздушного пространства Ирана. Мы на это ответили. Нельзя напугать цивилизацию, народ которой отсчитывает несколько тысяч лет своей истории.

Все соглашения должны быть в рамках, которые обеспечивают выгодные условия для всех стран. Соглашение, в котором одна сторона выигрывает, а другая проигрывает, мы принять не можем. Мы ищем пути, которые позволят нам обеспечить собственные интересы.

— Несколько дней назад было сообщение о происшествии в Ормузском проливе. Дальше начинается трактовка различных сторон – один из танкеров попросил помощи, как утверждает ваша сторона, и был направлен в иранский порт, или же, как утверждается западными СМИ, был захвачен стражами исламской революции. Есть ли сейчас информация о принадлежности этого судна и какова его дальнейшая судьба?

– В новостях уже сообщили о принадлежности танкера. Мы сообщали, что получили сигнал с просьбой о технической помощи, которую оказали. Помимо этого, в новостях был еще другой танкер, который перемещал контрабандный груз – это судно мы захватили.

Мы сообщаем обо всех своих действиях, сколько бы американцы ни старались во всем обвинить Иран. Это касается японского танкера, и в Иране не опасаются сообщить об этом. Тот танкер, о котором вы рассказали и спросили, была ли у него проблема, отправил сигнал о помощи и получил ее.

Посмотрите на действия Америки, Англии, некоторых стран Персидского залива, таких как Саудовская Аравия или ОАЭ, как они повысили стоимость морских перевозок. И сейчас англичане должны к каждому своему танкеру приставить корабль, что и делает перевозки такими дорогими.

После того как англичане захватили наш танкер в Гибралтаре, это только добавит им расходов. Как сказал наш духовный лидер, сейчас не то время, чтобы ударить и убежать. И любой человек, любой, кто причинит нам ущерб, получит соответствующий ответ.

Было бы хорошо, если бы все страны в мире процветали и жили в мире. Зачем они ищут пути и способы, чтобы повысить расходы других стран? Если они увеличивают расходы других стран, у них ведь увеличиваются и собственные. Сейчас XXI век, а не XVII-XVIII. Времена подобных действий уже прошли.

— Когда такое напряжение вокруг безопасности судоходства в конкретном районе мирового океана, на ваш взгляд, может быть, необходима какая-то наблюдательная миссия, третейский суд? Чтобы не быть обвиненным, скажем так, со стороны Великобритании или Соединенных Штатов. На ваш взгляд, такая наблюдательная миссия могла бы быть, кого бы вы, я имею в виду в данном случае Исламская Республика, могли бы согласиться видеть в такой роли?

– Проблема современного мира состоит не в потребности создать новую международную организацию. Все проблемы исходят из того, что не выполняются достигнутые договоренности.

В случае с захватом нашего танкера в Гибралтаре мы использовали все законные действия и предприняли все необходимое. Английская стороны была обо всем уведомлена. Есть все необходимые законные механизмы, и нам не нужны новые.

Некоторые страны, вроде США, хотят переложить свои проблемы на остальной мир. Они ищут себе партнеров, на которых можно переложить свои траты. Вначале они предпринимают действия на международной арене, чтобы получить прибыль, а весь ущерб пытаются переложить на партнеров.

Мы надеемся, что в ближайшее время все участники СВПД, в частности три страны Европы, вернутся к выполнению своих обязательств.

В настоящее время нельзя решить проблему одними только разговорами. Поддерживать СВПД только на словах – бессмысленно. В России, Китае и даже Европе признают, что альтернативы у ядерной сделки нет. Либо все участники соглашения выполняют его условия, либо их не выполняет никто.

Мы надеемся, что цена нефти не будет расти так сильно, чтобы серьезно повысить траты других стран. В случае роста напряженности в Персидском заливе именно к этому все и может привести. Все страны для того, чтобы обеспечить собственные интересы, должны быть заинтересованы в сохранении СВПД.

— Скажите, пожалуйста, если возвращаться к двусторонним отношениям Беларуси и Ирана, в ближайшее время планируется большой белорусско-иранский форум. И с учетом того, что уже была разовая поставка партии нефти в Беларусь, рассматривает ли Иран продолжение сотрудничества в этой области с Беларусью?

– Надо уточнить, что за последние два года мы продали две партии нефти в Беларусь. Не одну партию, а две партии. Иран ищет на мировом рынке потенциальных покупателей своей нефти. В мире много стран покупают иранскую нефть, в их числе и Беларусь.

Мы хотим поставлять свою нефть на самых лучших условиях. А белорусская сторона в своих национальных интересах хочет приобрести ее на самых лучших условиях.

В некоторых случаях эти две позиции могут совпадать, а в некоторых нет. Во время поставок нашей нефти в Беларусь нам удалось найти точки соприкосновения.

В открытом доступе можно получить информацию, где сейчас приобретает нефть белорусская сторона. И любая сделка должна быть выигрышной для всех стран. Мы готовы к сделкам, которые смогут обеспечить соблюдение интересов Ирана и Беларуси.

— Все-таки будут ли продолжены поставки нефти в Беларусь, с учетом того, что вы сказали, что нашли точки соприкосновения?

– Если белорусская сторона захочет приобрести нефть у нас – да. А если не захотят, мы же не можем насильно продать. Мы поставщики нефти и продаем ее всем, кто хочет приобрести.

Свои условия есть у продавца и у покупателя. В том случае если мы найдем точки соприкосновения, сделка будет оформлена. Мы надеемся, что белорусская сторона сумеет обеспечить себя нефтью на лучших условиях.

— Какова, на ваш взгляд, была бы справедливая цена нефти для Беларуси?

– Я посол Ирана и представляю интересы своей страны, поэтому данный вопрос лучше адресовать белорусскому руководству. В вашем регионе есть такие поставщики, как Азербайджан, Казахстан и Россия.

На этом рынке Беларусь может самостоятельно решить, где приобретать нефть. Очевидно, что цены и условия у всех поставщиков разные. Иранская нефть очень качественная. Мы продаем ее своим друзьям на хороших условиях.

Нам пытаются создать проблемы при продаже нефти, но никто так и не смог поставить барьер на ее пути. При этом ровно в той же степени, в которой создаются препоны для нас, они возникают и для них самих.

— В прошлом году президент Беларуси выказал недовольство уровнем взаимного товарооборота. В Беларуси, например, очень развиты исследования в области ядерной энергетики и так далее. Какие, на ваш взгляд, могут быть перспективные области сотрудничества?

– В настоящее время никаких контактов в сфере ядерных исследований нет. При этом мы сотрудничаем по таким направлениям, как наука, торговля, промышленность, экономика.

При этом у нас нет никаких препятствий для сотрудничества в сфере мирного атома с дружественной нам страной. Мы можем сотрудничать в законных рамках под контролем МАГАТЭ.

Иран готов к сотрудничеству по всем направлениям, начиная с экономики и заканчивая, спортом и гуманитарной сферой. В прошлом году иранские режиссеры участвовали в кинофестивале «Лістапад». Белорусская сторона будет принимать в молодежном фестивале в Исфахане. Наши спортсмены проводят совместные соревнования по футзалу, футболу, бадминтону и шахматам.

В настоящее время мы обмениваемся официальными делегациями. Представители крупнейшего производителя автомобилей в нашем регионе IranKhodro ведут переговоры с белорусской компанией «Юнисон».

Президенты наших стран за последний год встречались в Сочи и в китайском Циндао. Отношения между Ираном и Беларусью мы считаем дружественными


Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Войти с помощью: